В европейской традиции смерть — это он. Читайте — Пратчетта. Там то, чему веришь. Пусть и капслоком.
Вдруг подумалось, а если разорвать шаблоны и на минутку представить, что зима, осень, лето и даже весна — это тоже он, пусть не на все 100%, но в большей степени. Разный возраст, внешность, абсолютно другая мотивация и психология. Андрогиния, иными словами.
Скажем, избитый образ — бабье лето, осень — женщина среднего возраста, яркая, изменчивая, капризная. Зима — старуха. И далее по списку. Блин, скуучно… Все это было стописят раз. И даже если мы нарядим Джудит Денч в костюм снежной королевы. это все равно будет Джудит Денч в костюме снежной королевы.
А если зима — это мужик. Ну, условно — байкер с котенком. Условно — с кризисом среднего возраста. Условно — в поиске непонятно чего. И тогда все, что происходит в декабре, январе и феврале вдруг получает новые смыслы и подтексты. И все, что мы принимали за капризы, слабость, переменчивость, обретает иное прочтение.
